О синдроме отложенной жизни и материнстве

Дисклеймер : данный текст отражает личную историю с субъективной оценкой, которая не является универсальным опытом и допускает другие сценарии у других людей.

Админки сообщества напоминают правило "поддержи или пройди мимо", авторка поделилась личными переживаниями и видит обратную связь от сообщниц


Когда родилась моя первая и единственная дочь, я была настолько раздавлена ощущением исчезновения себя как отдельной личности, что впервые в жизни решила составить так называемый bucket list – список дел, которые надо сделать, «пока не сыграл в ящик» (*название фильма о двух мужчинах, узнавших о страшном диагнозе и решивших выполнить напоследок свои заветные желания, и да, «Достучаться до небес» о том же, только драйва больше и герои моложе). В итоге у меня получилась почти сотня дел или вещей, которые я хотела успеть выполнить/попробовать/узнать до конца жизни. Но масштаб и трудновыполнимость значительной части пунктов повергли меня в итоге в еще большее уныние – я поняла, что и без материнства некоторые из них остались бы нереализованными, но появление ребенка и вовсе поставило на многих из них крест. К примеру, прыгнуть с парашютом я уже точно не решусь, потому что даже минимальный шанс оставить своего ребенка без матери автоматически делает эту затею для меня неприемлемой.


…С того момента прошло больше пяти лет, и мой bucket list по-прежнему не больше, чем слова на бумаге. Из сотни пунктов выполнено от силы пять, и то, по большому счету, случайно – к примеру, мне удалось издать книгу, даже две, но тут именно повезло, обстоятельства сложились удачно. Еще часть просто утратила актуальность – без внутренней борьбы и попыток смириться просто стало неинтересно, например, поплавать с дельфинами. Может, из-за тотальной затроганности, характерной для многих мам с маленькими детьми, или из-за поворота сознания в сторону большей экологической этичности, эта идея больше не кажется мне привлекательной, и я без сожаления вычеркнула ее из списка. Но есть пункты, расставаться с которыми очень болезненно – в первую очередь потому, что их актуальность тесно связана с определенными возрастными рамками и отказ от них заставляет меня более остро ощущать, что моя жизнь пролетает мимо в ускоренном темпе, и про какие-то вещи я уже могу определенно сказать «никогда». А еще про какие-то – «уже поздно». И это не всегда субъективное ощущение, есть ситуации, реализация которых тесно привязана к возрасту (буквальному, паспортному) или к каким-то возрастным особенностям/ограничениям. Если фирма ищет «молодого перспективного сотрудника», с высокой долей вероятности сорокадвухлетняя мама двоих детей не впишется в эти требования, даже если в душе она вечный подросток (знаю, что дискриминация по возрасту запрещена законодательно, но я думаю, все уже в курсе, что это никого не останавливает). В моей профессиональной сфере (я преподаватель) тоже есть свои возрастные ограничения: существуют разные бонусы, гранты, особые возможности для «молодых докторов наук». Молодые – это те, которые защитили докторскую до сорока пяти лет. Я, к примеру, не исключаю для себя возможность написания и защиты докторской диссертации, но пока моя дочь еще маленькая, я не могу даже статью написать, если дочку не возьмет на себя кто-то третий, не то что заняться полноценным научным проектом. Так что увы, молодым доктором наук мне уже не стать.


Но дело не только в официальных рамках – в конце концов, недавно ВОЗ продлила возраст молодости до сорока четырех лет, эгегей, гуляем, сестры!... Вот только многие ли из нас сохранят после сорока лет подлинную бодрость и тела, и духа – при нынешнем уровне медицине, состоянии экологии, низком качестве продуктов питания, рабовладельческом отношении начальников, пережив «омолаживающие» беременности и роды или аборты, годами работая в три смены – быт-профессия-материнство (поликлиники, площадки, садовские болячки, школьные разборки, кризис одного года, двух, трех, семи, пубертат, если ребенок не один, умножаем, плюсуем, делим (свое внимание, шоколадку на троих, квартиру в уме на будущее)?? Кого омолодили наша карательная гинекология, равнодушие или некомпетентность врачей, недосыпы, длительное ГВ, стрессы, бесконечный круговорот бытовых обязанностей, перекус на ходу или компульсивные «зажоры», которые часто являются единственным источником энергии и положительных эмоций в декрете и не только?...


Приближаясь к рубежу в сорок лет, я все чаще встречаю в инфопространстве рассуждения о том, что это возраст «невидимости». Это очень сложное и болезненное для меня утверждение. Конечно, можно энергично и аргументированно возражать, приводя в пример Софи Лорен, бесконечно эротичную в кружевном неглиже даже в 80 лет, или Джейн Фонда, от которой в те же 80 веет энергией чистого секса, когда она демонстрирует комплекс упражнений для поддержания формы тела… Но давайте будем реалистками. Эти женщины дважды вытянули счастливый билет – когда получили в наследство хорошие гены и когда достигли определенного уровня успеха и финансовой состоятельности, позволяющей совсем другое качество жизни (другую медицину, питание, косметику, целый штат специалистов и консультантов, которые получают зарплаты за то, чтобы эти женщины хорошо себя чувствовали и так же выглядели). А у нас – «попейте глицин», «что ж вы хотите, вы же рожали», вялые яблоки и «поролоновые» огурцы в «пятерочке», и крем «три в одном» (для лица, для ног, для всего) по акции – потому что младший ребенок второй раз за зиму меняет размер обуви, а у старшего еще кружки не оплачены, и небулайзер сломался. Попробуй при таких вводных данных выглядеть как Софи Лорен… Если только свои в сорок – как Софи Лорен в восемьдесят и без макияжа При этом никто из нас, конечно, не начинает ровно в сорок лет вянуть и сохнуть, и все же – что-то неуловимо меняется. Не горит больше задорная искорка в глазах, походка уже не такая легкая, словно ты готова пешком обойти земной шар (было бы с кем), коже не хватает той феноменальной свежести, которая в двадцать лет позволяет после бессонной ночи и простого умывания прохладной водой выглядеть, как модель Мейбеллин на пробах, а не как Дракула, потерявший свой гроб и не спавший три ночи, то есть три дня (трое суток, в общем). Да еще и новости из области косметологии не слишком воодушевляют: оказывается, есть несколько типов старения кожи – азиатский, средиземноморский и т.д. Угадайте, какой наименее удачный – самый тяжеловесный и неизящный? Конечно, славянский…


Возможно, ситуация усугубляется тем, что я родила, по российским меркам, довольно поздно – в тридцать три года; поэтому в моем случае «когда ребенок вырастет» совпадает примерно с моим пятидесятилетием – рубежом, за котором мне вообще трудно представить то, что я понимаю под нормальной и полноценной жизнью. Конечно, я предвижу поток возмущенных возражений с примерами чьих-то бабушек, теть и соседок, которые «на пенсии только жить начали», освоили новую профессию, открыли свой бизнес, посетили Латинскую Америку и вышли замуж в третий раз. Я и сама люблю такие истории, и могу поделиться парочкой из них, например, про английскую поэтессу Элизабет Баррет Браунинг, которая первые тридцать девять лет прожила без всякой личной жизни, с авторитарным отцом, запрещавшим своим детям заводить семьи, а потом влюбившийся в ее стихи поэт Роберт Браунинг увез ее в Италию, и в сорок три года она родила сына. А еще больше я люблю историю художницы Джорджии О’Киф, которая прожила более двадцати лет в токсичном браке (у ее мужа, фактически, была вторая жена), страдала от депрессии, а после его смерти начала новую жизнь – в пятьдесят девять лет! Много путешествовала, купила себе ранчо, нашла свой стиль в живописи и дожила до девяноста восьми лет в здравом уме и творческой дееспособности…


Но для меня такие истории, сколь бы они ни были прекрасны – это своего рода фентези, альтернативная реальность (и в любом случае, в этих историях счастье и успех перемешаны со страданиями и лишениями; та же Баррет-Браунинг смогла выносить только одну беременность из четырех, а Джорджия в период своего замужества несколько раз попадала в психиатрическую клинику из-за нервных срывов). Моя личная реальность, в любом случае, бедна даже такими драматичными, но воодушевляющими примерами. Моя мама всю жизнь мечтала, что на пенсии она «заживет» - наконец-то начнет путешествовать, хотя бы по России и Европе, будет заниматься любимыми вещами – цветоводством, рукоделием, возиться с внуками… Она всю жизнь прожила этими мечтами, потому что все время что-то мешало их реализовывать: мы с братом (два часто болеющих ребенка), работа учителем и методистом, уход за ослепшей бабушкой с кучей заболеваний, суровые 90-е, когда прокормить семью в провинции без огорода было просто нереально. И вот наступила желанная пенсия, мы с братом повзрослели и уехали в другой город, бабушки давно нет, в магазинах всегда есть продукты, но что-то идет не так. К маминому привычному недомоганию добавляются все новые и новые симптомы – усиливаются боли, трудно ходить, перестает действовать рука, невозможно самостоятельно одеться, нагнуться, встать с кровати… Потребовались годы для определения диагноза и потом еще годы для его осознания и принятия того факта, что Европы уже не будет, цветочков и вышивки ришелье тоже, что подержать на руках новорожденную внучку, возможно, не получится, что поход в аптеку по сложности сопоставим с крестовым походом, и что жизнь теперь навсегда будет состоять из непрерывных болей и возрастающей беспомощности, кратковременно облегчаемых горстями препаратов с жесткими побочными эффектами.


Увы, человек не только смертен, как говорил Воланд, он еще беззащитен перед лицом болезней, хрупок и уязвим. И если смотреть в глаза реальности, то становится очевидно, что многие пункты наших «бакет-листов» с высокой долей вероятности останутся невыполненными. А если вы в какой-то момент своего жизненного пути сделали выбор в пользу материнства, то количество невыполненных пунктов автоматически возрастает. И любая из нас имеет право сожалеть об этом, хотя это и не повод отказываться от материнства. Просто материнство – это почти всегда история про самопожертвование; по-другому оно просто не работает. У меня нет никакого решения этой дилеммы, если честно. Я просто написала этот текст, потому что мне хотелось ответить разом на все обесценивающие утешения со стороны социума, родственников, даже близких людей, ответить на пресловутое «дети же вырастут». Да, мы тоже надеемся, что наши дети обязательно вырастут. Проблема в том, что пока они растут, мы стареем, и годы, отданные материнству – это не годы взаймы: они никогда к нам не вернутся. Наши дети станут взрослыми, самостоятельными и самодостаточными (но и тут есть печальные исключения), но мы уж точно не станем опять молодыми, гибкими и ясноглазыми, легкими на подъем и жадными до жизни, какими были в двадцать лет, до замужества, до декрета, до первого тревожного «звоночка» от собственного тела, пытающегося напомнить нам, что ВОТ ТАК (не спать всю ночь, заедать пиво чипсами, ночевать в палатке, игнорировать предписания своего врача, пропускать завтрак или прием таблеток) лучше уже не делать…


Единственное, что меня по-настоящему утешает – что никто не запрещает переписывать свой bucket list, меняя диапазон своих желаний, ведь отчитываться в конце вы будете только перед самой собой. И никто не мешает слегка жульничать, включив в него заведомо выполнимые пункты – чтобы не казалось, что у вас вообще ничего не получается и не сбывается; ведь ученые говорят, что нашему мозгу очень важен дофамин, гормон мотивации и награды за достижения. Кто сказал, что пролежать полдня в пижаме - не достижение? Прочитать журнал от корки до корки, включая гороскопы и объявления. Или съесть шоколадку целиком, например… Удалось – смело ставим галочку А со временем можно будет пересмотреть список, с удовольствием и гордостью отмечая, сколь многого вы достигли, и вообще, вы – целеустремленная и волевая личность (ну согласитесь, последние пару долек были уже совсем невпихуемыми, а гороскоп нелепым, но вы справились!). Может быть, журнал удастся заменить на любимую книгу, полдня дома в пижаме, когда дети подрастут, на полдня в заснеженном лесу, лес из подмосковного превратится в Пиренейский, шоколадка «в одно лицо» окажется швейцарской и съеденной в дегустационном зале непосредственно рядом с местом производства, а там, возможно, недалеко до собственного ранчо и молодого плотника-мексиканца (именно в такой компании Джорджия О’Киф провела последние пятнадцать лет своей жизни, окруженная заботой и вниманием). Ладно, уговорили, молодого мексиканца из списка вычеркиваем Но пусть в нем появятся те пункты, которые действительно значимы для вас, и все они со временем перейдут в разряд исполнившихся. Потому что это не менее важно, чем материнство. Потому что ваши желания тоже важны.


Оксана Разумовская ©для 12 объятий - Поддержка мам. Во всём

Автор иллюстрации неизвестен




СООБЩЕСТВО ДЛЯ МАМ, КОТОРЫЕ УСТАЛИ: 

"12 объятий" - проект для мам, которые верят, что каждая мама для другой - это огромный ресурс поддержки, и которые стремятся эту поддержку как получить, так и подарить. 
Мы верим, что именно мамы могут по-настоящему понять друг друга. При чём понять не осуждая, не оценивая, принимая как есть.
 

На этом сайте - авторские материалы, сделанные специально для "12 объятий". Живое общение в рамках проекта - на нашей странице ВКонтакте.

 ПОСЛЕДНИЕ ПОСТЫ: 
ЖИВОЕ ОБЩЕНИЕ И ПОДДЕРЖКА МАМ В ПАБЛИКЕ "12 ОБЪЯТИЙ" ВКОНТАКТЕ
  • Vkontakte - Black Circle
ПОИСК ПО ТЭГАМ: