Письмо сыновьям прямиком из послеродовой депрессии

 

Дорогие мальчишки. Мне очень жаль…

 

Мне очень жаль, что я не могу быть той мамой, которой я хочу для вас быть. Это не то, что я себе представляла: эта угнетающая грусть, этот постоянный гнев, эта серая безнадежность, все это я чувствую изо дня в день. Я хочу быть веселой для вас. Я хочу петь глупые песни, пока мы рисуем портреты друг друга. Я хочу гулять с вами по залитым солнцем паркам, хочу ловить раков и есть мороженое на обед… Я хочу лепить с вами змей из пластилина, снимать радостные моменты и выкладывать фото в социальные сети, хочу отмечать с вами День Пиратов, смастерив для этого костюмы: вам причудливые шляпы, а себе корсет.

 

Но вместо этого каждое утро начинается с безуспешных попыток вылезти из постели. Я кое-как готовлю завтрак и снова включаю телевизор. У меня нет сил напеть вам что-то, даже простейший мотив. Да о какой песне речь, когда я физически не могу присматривать за вами! Мое тело как-будто не принадлежит мне и оно болит. А если не болит тело, то болит сердце. Кое-как я доживаю до обеда, слишком уставшая чтобы заняться каким-то проектами. Все серое. Я живу будто в картонной коробке, я задыхаюсь. И это не та жизнь, которую я хотела для вас. И совсем не то, что я хотела для себя.

 

Вообще-то, это называется послеродовой депрессией. Это трюк гормонов и химических веществ, следствие пропущенных соединений и неисправных нейронов, что-то вроде того. Но какое мне дело до этой теории, если я забыла просто, каково это быть счастливой. Прямо сейчас, счастье это как мечта, о которой я слабо помню, когда просыпаюсь… Но потом дни идут, идут и идут, а мое счастье так и остается вне досягаемости.

 

Моя глубокая печаль не из-за вас. Моя грусть есть, несмотря на то, что есть вы, и это пугает. Мне невыразимо грустно, больно — и всё это рядом с чудесным даром, вами… Меня замыкает, когда я должна смеяться, я отворачиваюсь, когда должна подать руку. И я заставляю себя обнять Вас, мои дорогие, потому что моя грусть она везде, повсюду, она полностью владеет мной, и я могу попросту забыть прижать вас к себе. И это забвение делает меня еще печальнее.

 

Я несчастна. Но это несчастье не означает, что я несчастлива с вами. И даже в самые разрушающие моменты, когда я в стрессе, когда я разбита и даже кричу, я счастлива с вами. Я люблю вас даже в те моменты, которые становятся для меня раздражающими. Я люблю вас, когда вы рассыпаете муку по всей кухне; я люблю вас даже когда вы разрисовали собаку. Я люблю вас, когда я просыпаюсь с вами в темноте и тишине ночи, снова и снова, и снова. Я люблю вас посреди моей боли.

Я люблю вас, таких сладких, будто в темноте. Бывают дни, когда я не чувствую ничего, просто пустоту внутри меня, но и тогда я встаю и иду на ощупь, ищу вас, ищу свои чувства к вам. Возможно, это слабое утешение, но я знаю, что любовь это не чувство, это действия. И я молюсь, чтобы моих действий вам было достаточно. 

И нет никакой логики в этой депрессии. Нет причины, нет никаких объяснений, кроме того, что это химия, и так бывает, так случается. Я не могу жить с этой пустотой, с этой дырой в душе. Эта серость высасывает все соки из меня, хотя все вокруг говорят мне, наслаждаться каждым моментом, проведенным с вами. Но как я могу наслаждаться тем, что я не вижу? Как я могу насладиться мгновениями, когда я задыхаюсь?

 

Эти люди, которые напыщенно говорят о том, что дети никогда никого не держат — эти люди не могут видеть ежедневного удушья, смыкающегося кольца вокруг меня. Они  говорят то, что видят. А внешне мне и правда, должно быть, неплохо. Но невидимость депрессии является частью моего собственного ада: утопающая женщина выглядит так, будто она просто лежит на пляже. И если она осмелится позвать на помощь, люди не могут помочь. Они говорят, что это ее собственная вина. Они говорят, что она слишком эмоционально реагирует, что у нее есть все, чтобы переждать гормоны и младенческие горести. И самое ужасное, что депрессия это повод просто отстраниться, махнуть на женщину рукой со словами: “ Если бы она действительно любила своего ребенка, то была бы счастлива.” 

И мне не нужны люди, чтобы услышать эти слова, потому что я слышу их каждый день от голосов внутри меня, которые тоже считают, что у меня нет повода для депрессии.

 

И эта болезнь грабит нас всех — меня и вас, мои дети. Она отнимает наши чувства, время, идеальные моменты, которые я могла бы запечатлевать в своей памяти, а потом любоваться. И эта послеродовая депрессия уничтожает меня, лишает того, к чему я так долго шла и отнимает то, о чем я мечтала. Она может лишить меня многого, но она никогда не сможет лишить меня вас.

 

И независимо от того, насколько темными были мои чувства, я не смогу о вас не заботиться. Я могу чувствовать себя пустой, разбитой, но я убеждена, что вы знаете мою любовь. Мои руки бессильны, слабы, но они вокруг вас. Я истощена, но я всегда обниму и прижму вас. Я всегда найду силы для поцелуев, несмотря на мою боль. Вы моя сила, мои любимые сыночки. Я хочу быть лучше для вас. Мать всегда является лучшей независимо от того, что в ней сломалось. И эта мать я.

У меня есть вы. И в конце концов, этого должно быть достаточно для нас троих.

 

Elizabeth Broadbent

 

Перевела Татьяна Ерёмина, специально для проекта «12 объятий» http://12momshugs.ru/

 

Источник

 

Фото flickr.com

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

СООБЩЕСТВО ДЛЯ МАМ, КОТОРЫЕ УСТАЛИ: 

"12 объятий" - проект для мам, которые верят, что каждая мама для другой - это огромный ресурс поддержки, и которые стремятся эту поддержку как получить, так и подарить. 
Мы верим, что именно мамы могут по-настоящему понять друг друга. При чём понять не осуждая, не оценивая, принимая как есть.
 

На этом сайте - авторские материалы, сделанные специально для "12 объятий". Живое общение в рамках проекта - на нашей странице ВКонтакте.

 ПОСЛЕДНИЕ ПОСТЫ: 
Please reload

ЖИВОЕ ОБЩЕНИЕ И ПОДДЕРЖКА МАМ В ПАБЛИКЕ "12 ОБЪЯТИЙ" ВКОНТАКТЕ
  • Vkontakte - Black Circle
ПОИСК ПО ТЭГАМ:
Please reload

© 2023 12 объятий. Сайт создан на Wix.com

  • Vkontakte - White Circle