#ятожемоглаумереть, история 13

Мы продолжаем флэшмоб #ятожемоглаумереть

Каждую неделю мы публикуем новую историю про маму, которая думала о суициде, была близка к нему.

Задача флэшмоба - показать, что вы не одиноки. Что такие мысли бывают у мам в послеродовой депрессии, у мам, которые один на один с младенцем, ответственностью, кардинальными изменениями в жизни.

Сегодня рассказывает Татьяна Нагаева:

КАК ЭТО ПРОИЗОШЛО

Ты сутками один на один с маленьким требовательным существом, которое от тебя полностью зависит. К которому не прилагалось никакой инструкции по эксплуатации, так сказать. И более того, этому орущему существу по фиг на твои базовые потребности.

Окружающим тоже по фиг. Все, кто храбрился помогать, либо не помогают, либо помогают так, что лучше бы не помогали (пример: мать говорит мне "иди поспи", через минут 10-15 я едва задремала, верещит "она обкакалась, Таня, надо поменять подгузник"). На тебя вешают ответственность за всё подряд, бытом тоже надо заниматься, но... ты уже месяц спишь по 4 часа в сутки, и то с перерывами.

Но всем плевать.

Постепенно отваливаются помогатели: ведь проблемы с ребенком не заканчиваются, а им надоело, - и они могут себе позволить отдохнуть. Ты не можешь.

Первая простуда. С температурой 39 ты ходишь и методично развлекаешь, кормишь, убаюкиваешь ребенка, а когда наконец-то укладываешь его в кровать, после часов 5-6 плясок с бубном, слышишь от мужа, что он хочет поесть непременно вдвоем. И жалуется, что пока ты таскала ребенка, уже все остыло, а он ведь так старался!

Мужа, уходящего на работу, ты умоляешь не оставлять тебя одну, точно зная, что он может пропустить день или два. Но он уходит. Каждый день уходит.

Каждый раз, когда ты просишь его приехать, ведь тебе плохо, тебе страшно в этом "плохо", он выбирает не тебя и ребенка, а работу.

Когда ты в истерике от усталости орёшь на ребенка и кидаешься, а потом забиваешься в ванну, где бьешься головой о стенку, мать смотрит на это и стоит. Потом молча подходит к ребенку. А когда ты понимаешь, что тебе надо на воздух, подальше от этого всего, ты одеваешься и на молчаливый взгляд матери говоришь, что надо купить подгузники. Их действительно надо купить, но уходишь ты не поэтому. Мать же в ответ выдаёт лишь "давай я схожу".

В конце концов ты понимаешь, что ни ты, ни твой ребенок никому на хрен не сдались: у всех есть более важные и интересные дела. У всех есть жизнь.

И в другой момент ты захочешь умереть. И нет, ты не захочешь оставлять ребенка людям, которым было наплевать на тебя, твоё состояние, да и на ребенка, и которые систематически бросали вас одних.

Выход только один - в окно. Способ только один - вместе. Потому что ни тебе, ни твоему ребенку нет места в этом мире, потому что им всем на вас плевать... Ты не хочешь ребенку этой судьбы. И себе.

ЛЕЧЕНИЕ

Под конец того лета я уже боялась всего. Любой, даже неодушевленный объект представлялся мне собакой (я боюсь собак, следствие травмы в прошлом). Я боялась, что из-за любого угла выйдет собака. Людей я тоже боялась. Особенно мужчин (в далеком прошлом был инцидент). Выход на улицу был пыткой.

Нет, внешне я выглядела нормально. Но внутри был апокалипсис.

В это время серьезно задумалась, что со мной настолько плохо, что нужна серьезная помощь.

Муж говорил периодически о том, что мне надо к психиатру, но разговорами и ограничивался.

В один раз я шла по мосту через железнодорожные пути. И мне показалось, что он качается, как-будто он деревянно-веревочный, а вовсе не бетонный. Это стало последней каплей. Именно в этот момент что-то щелкнуло, я позвонила мужу и сказала, что буду звонить психиатру и я точно не в порядке.

До московской клиники неврозов им. Соловьева обращалась (последовательно):

- в московскую службу психологической помощи населению (не понравилось, именно там был этот "психиатр", который сказал мне, что я слишком много думаю. Тамошняя психологиня более или менее помогала, но в основном тем, что слушала. Еще у них ограниченное количество бесплатных сеансов)

- кризисный центр помощи женщинам и детям (у них есть и телефон доверия и возможность приехать. Все , с кем я общалась у них, были очень добрые и отзывчивые, психологиня, к которой я попала уже минут через 10, сказала, что у меня тревожность высокая и депрессия, скорее всего, но уточнила, что нормально работать мы с ней сможем только после лечения, т.к. можно сделать еще хуже из-за моего состояния)

- звонила несколько раз в “Помощь уставшей маме”

- звонила в какой-то из телефонов доверия, найденный в интернете, но уже не помню номер, т.к. была в тот момент в жутком состоянии.

И через несколько дней после истории с мостом я действительно позвонила в клинику неврозов (где моя университетская подруга лечилась от депрессии - этот факт тоже помог мне решиться) и записалась на прием.

Время до приема - две недели. Я лихорадочно искала всех возможных психологов и телефоны доверия - из-за отчетливого ощущения, что почва из-под ног уходит с каждой секундой все быстрее. Записывалась к бесплатным, потому что на платную психологическую помощь денег не было.

Потом я заболела, и прием пришлось перенести на еще две недели.

Это две недели казались бесконечностью.

В клинике неврозов в регистратуре были все нервные, будто им самим надо в клинике полежать 😊

А вот врачи хорошие. Все милые, добрые. Медсестры помогают, если что.

Моя психиаторка сходу сказала, что из-за моего состояния теперь близким надо будет взять больше забот о ребенке на себя. Это был первый человек, который у меня не спросил "а кто будет с ребенком?", зная, что мне надо ложиться в больницу (даже при условии, что я на дневной стационар иду)

Когда я оказалась на приеме, меня колотило и внятно рассказать, не сбиваясь, не получалось. Но после наводящих вопросов психиатр предложил отправиться к ним на лечение на дневной стационар (ведь у меня же ребенок, с мужем оставлять было тоже нереально ввиду его психических проблем).

При помещении в дневной стационар мне поставили диагноз тревожная депрессия.

Три недели я ездила в клинику каждое утро.

Улучшения заметила уже через несколько дней после приема - взял свое нейролептик. Как же было под ним хорошо! Мне все стало так... спокойно! И я выспалась. Он вырубал меня вечером до самого утра, будто я полбутылки водки махнула залпом.

Через пару недель я уже порхала как бабочка.

Знания по психологии помогли не пытаться свернуть горы в это время, ибо именно это было бы ошибкой: я даже близко не была еще здорова.

В это же время появились силы возобновить вязание. Но выглядело это так: я вяжу 2 ряда (игрушку) и потом час отдыхаю, ибо понимаю, что на большее я не способна.

Через месяца полтора я начала чувствовать себя... живой. Я как будто долго спала и проснулась. Мир стал... новым. Но с этим новым я была знакома. Я как-будто заново посмотрела на него, но уже не через мутное стекло депрессии.

Состояние "до" лечения и "после" - это как два разных мира.

И мне казалось, что я действительно уже в порядке.

Прошло полгода. С тех пор мне несколько раз меняли схему лечения, т.к. препараты давали побочки.

В то же время я периодически посещаю психологиню в кризисном центре, к которой попала во время ожидания приема в клинику.

Нынешнюю схему препаратов подобрали около 4х месяцев назад, и она наиболее подходящая. Только корректировали дозировку в сторону увеличения.

Теперь я больше не считаю, что была в порядке в начале лечения. Тогда была эйфория от улучшения, но не более того.

Из-за пандемии я обратилась к психиаторке поближе к дому, в пнд, где наблюдается мой муж.

Мне было безумно сложно рассказать все снова: как я пришла к этому состоянию и чем и как лечилась. Вспоминать и переживать это снова - это мой личный кошмар, который я стараюсь отпустить.

Она также поставила мне тревожную депрессию. Мое состояние она описывает как "удовлетворительное" (а не "хорошее"). Лечение продолжается.

Сейчас я очень хорошо научилась чувствовать, когда стресс начинает раскачивать меня, как ветер качает дерево. И тогда я начинаю падать в отчаянье. Падать сильно, уходя в штопор.

Но именно это осознание начала не дает мне в него упасть, я бросаю все силы на то, чтобы удержаться на краю пропасти и не попасть снова в эту депрессию. В эти моменты нет более важного, чем удержать себя, все остальные дела могут подождать.

Мое лечение продолжается и дальше, я не пропускаю приемы у психиатров и визиты к психологине (кроме важных причин вроде моей болезни или, вот, пандемии). Мое психическое здоровье на первом месте для меня, а, значит, и для всех, - я не допускаю больше обратного.

Фраза "мне надо к психиатру в такой-то день" в нашей семье теперь значит, что не моя проблема, кто займет в это время ребенка, и "я туда поеду, даже если будет конец света".

Я перестала все время злиться, смогла "принять" ситуацию, что мама - это навсегда, но это не конец света. И вписала ребенка в свою жизнь. Теперь это получилось.

Но тем не менее, я не тороплюсь с концом лечения, это лишь самое начало, мне так кажется. Сейчас я ближе к норме, чем была тогда. Но все еще не в порядке.

Даже сейчас под действием таблеток, иногда, находят минуты отчаянья. И тогда частенько в голове картинка ванной, крови и резаных рук. Она кажется такой соблазнительной... но пока еще совсем недостаточно, чтобы это сделать.

Но пережив весь этот опыт, я говорю об этом. Я не хочу об этом молчать. Это важно и нужно. Я не одна такая. Каждая из нас не одна такая. Нас много. И об этом должны знать.

СООБЩЕСТВО ДЛЯ МАМ, КОТОРЫЕ УСТАЛИ: 

"12 объятий" - проект для мам, которые верят, что каждая мама для другой - это огромный ресурс поддержки, и которые стремятся эту поддержку как получить, так и подарить. 
Мы верим, что именно мамы могут по-настоящему понять друг друга. При чём понять не осуждая, не оценивая, принимая как есть.
 

На этом сайте - авторские материалы, сделанные специально для "12 объятий". Живое общение в рамках проекта - на нашей странице ВКонтакте.

 ПОСЛЕДНИЕ ПОСТЫ: 
ЖИВОЕ ОБЩЕНИЕ И ПОДДЕРЖКА МАМ В ПАБЛИКЕ "12 ОБЪЯТИЙ" ВКОНТАКТЕ
  • Vkontakte - Black Circle
ПОИСК ПО ТЭГАМ:

© 2023 12 объятий. Сайт создан на Wix.com

  • Vkontakte - White Circle